bluedrag (bluedrag) wrote,
bluedrag
bluedrag

Судьба Мастера

Немало времени ушло на её постройку. Но вот она была почти готова, и рабы отбивали с неё последние куски глиняной облицовки.

Другие рабы усердно натирали её бока серебряным песком, которые уже начинали сверкать на солнце мягким естественным светом молодой бронзы. Целую неделю охлаждали её в литейной яме, но она была ещё тёплой.

Верховный астроном Крулла сделал лёгкое движение рукой, и носильщики опустили его трон в тени корпуса.

Вот ведь рыба, подумал он. Огромная летающая рыба. Да вот только каких морей?

— Воистину величественно, — прошептал он. — Настоящее искусство.

— Ремесло, а не искусство, — возразил стоявший рядом коренастый человек. Верховный астроном медленно повернулся и встретился глазами с его немигающим взглядом. Взгляду не особенно сложно быть немигающим, когда на месте глаз находятся два золотых шара. Их блеск сбивал с толку, мешал концентрироваться.

— Воистину мастерство, — с улыбкой согласился Верховный астроном. — Полагаю, на всём диске не найдётся равного тебе ремесленника. Не так ли, Златоглаз?

Ремесленник помедлил с ответом. Его обнажённое (если, конечно, не считать пояса с инструментами, наручного абака и сильного загара) тело напряглось, постигая скрытый смысл этого утверждения. Золотые глаза как будто бы видели иные миры.

— И да, и нет, — промолвил он наконец. Младшие астрономы за троном выдохнули в ужасе, услышав столь дерзкое нарушение этикета, но Верховный астроном не повёл и бровью.

— Продолжай, — только и сказал он.

— Мне не хватает некоторых незаменимых умений, — произнёс мастер-ремесленник. — Но всё-таки я — Златоглаз Среброрук Дактилос. Я сконструировал Металлических воинов, сторожащих врата Могилы Питчиу. Я спроектировал Световые дамбы Великого Нефа. Я построил Дворец Семи пустынь. И вот, — он постучал по своему глазу, отозвавшемуся тусклым звоном, — когда я построил армию големов для Питчиу, он одарил меня золотом, а затем, дабы моя работа осталась непревзойдённой, выколол мне глаза.

— Мудро, хотя и жестоко, — сочувственно заметил Верховный астроном.

— О да. Так мне пришлось научиться слышать твёрдость металлов, видеть пальцами. Я научился различать руды по вкусу и запаху. Я выковал себе глаза, но не могу научить их видеть. Затем я был призван построить Дворец Семи пустынь. Эмир осыпал меня серебром, а затем (не могу сказать, что я был сильно удивлён) повелел отрубить мне левую руку.

— Смертельная помеха в твоём деле, — понимающе кивнул Верховный астроном.

— Из части того серебра я, используя своё непревзойдённое знание рычагов и механизмов, сконструировал себе новую руку. Своё дело она знает. После того, как я создал первую из великих Световых дамб, племенные старейшины Нефа вознаградили меня тончайшими шелками, после чего перерезали сухожилия, чтобы не дать мне бежать. Пусть это и далось мне нелегко, но я сконструировал из шелков и бамбука летающую машину и стартовал с верхней башни моей тюрьмы.

— После чего тебя окольными путями занесло в Крулл, — подытожил Великий астроном. — Поневоле задаёшься мыслью, почему бы тебе не сменить профессию. Возьмём, скажем, выращивание салата. Казалось бы, оно несёт в себе пониженный риск смерти в рассрочку. Так что же ты упорствуешь?

— У меня хорошо получается, — пожал плечами Златоглаз Дактилос.

Верховный астроном вновь всмотрелся в бронзовую рыбу, сверкавшую, как начищенная труба, в полуденном солнце.

— Какая красота, — пробормотал он. — Совершенно бесподобно. Скажи-ка, Дактилос, не мог бы ты мне напомнить, что я обещал тебе в награду?

— Ты поручил мне разработать рыбу, которая сможет плавать в морях пространства между мирами, — заученно проговорил мастер. — За это… за это…

— Да-да… — промурлыкал Верховный астроном, поглаживая бороду. — Моя память уж не та, что была.

— За это, — продолжал Дактилос вполне уже безнадёжно, — ты обещал отпустить меня на все четыре стороны и воздержаться от отрубания конечностей. Никаких сокровищ я не прошу.

— Ах да. Теперь припоминаю.

Старик махнул венозной рукой и прибавил:

— Я лгал.

Раздался чуть слышный свист, и золотоглазый покачнулся. Он посмотрел на торчащую из груди стрелу и устало кивнул. Капля крови расцвела на его губах. Вся площадь в полной тишине (за исключением нескольких мух, жужжащих в ожидании) смотрела, как серебряная рука поднялась и ощупала наконечник стрелы.

— Бракоделы, — с укоризной прошептал Дактилос и рухнул навзничь.

Верховный астроном потрогал тело ногой и глубоко вздохнул:

— Как и подобает, мы объявляем краткий траур по великому мастеру.

Трупная муха приземлилась, было, на золотом глазу, но тотчас в изумлении улетела прочь.

— Пожалуй, достаточно, — объявил Верховный астроном, и жестом велел рабам унести тело.

Терри Пратчетт, из книги «Цвет волшебства», перевод мой
Tags: pratchett, quote
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments